Археологические исследования Кауачи

Материал из Циклопедии
Перейти к навигации Перейти к поиску

 → Кауачи

Археологические исследования Кауачи

Археологи́ческие иссле́дования Кауа́чи — история изучения крупнейшего церемониального центра культуры Наска (I—V вв. н. э.) в Перу, включающего свыше 40 курганов с глинобитными сооружениями[1]. Благодаря работам У. К. Фраби (1922), У. Д. Стронга (1952—1953), Х. Сильверман (с 1983) и Дж. Орефичи (1984—2025), было установлено, что Кауачи был не городом, а местом паломничества и крупным ритуальным центром, где сочетались общественные церемонии и элитные погребальные практики. В 2020‑х годах ключевые открытия включают: опровержение гипотезы об уничтожении центра катастрофическими паводками (OSL‑датирование, 2024) и выявление трёх новых церемониальных зданий с помощью георадара (2023); работы Дж. Орефичи продолжились до его кончины в 2025 году и перешли под эгиду итальянских и перуанских партнёров[2][3][4].

История[править]

XX век[править]

Первым, кто в 1922 году фактически обнаружил и провёл раскопки на месте Кауачи в регионе Наска был американский антрополог Уильям Кёртис Фраби. Среди последующих исследователей, которые также изучали и интерпретировали этот объект выделяют Крёбера (1926), Телло (1927), Доринга (1932), Стронга (1952—1953) и Робинсона (1954—1955)[5][6].

Одними из самых обширных исследований, проведённых в Кауачи, были раскопки, осуществлённые археологом Уильямом Дунканом Стронгом. Стронг был одним из немногих археологов, кто применил широкий подход к изучению объекта, рассматривая его в контексте общества Наска и доисторического периода южного побережья. Он ставил перед собой цель найти стратиграфические свидетельства, которые помогли бы устранить разрыв между стилями Паракас и Наска в этом регионе. Кроме того, он проводил исследования структуры поселения, чтобы выяснить, какими видами деятельности занимались в Кауачи[7].

Раскопки Уильяма Дункана Стронга в Кауачи в 1952—1953 годах показали, что объект включал храмы, кладбища и жилые курганы. Следуя его выводам, другие учёные в области перуанской археологии интерпретировали этот объект как городское поселение с жилыми постройками. Однако более поздние раскопки и эксперименты указывают на маловероятность такой трактовки[7].

В начале 1980-х годов американский археолог Хелейн Сильверман и итальянский архитектор Джузеппе Орефичи провели обширные археологические раскопки в нескольких районах памятника. Новые исследования были направлены на то, чтобы обнаружить и прояснить истинный характер этого места и общества Наска[8].

В ходе раскопок Орефичи в 1983 году были обнаружены следы производства керамики в печи для обжига. Он также обнаружил различные погребения, и церемониальные барабаны, что позволяет предположить, что это место действительно являлось церемониальным центром[9].

В 1983 году Хелейн Сильверман начала в Кауачи полевые исследования о раннем обществе Наска. Позже, на основе собранных данных и проведённого анализа, она сделала вывод о том, как Кауачи функционировал в качестве церемониального центра, а также о его роли в формировании государства и урбанизации на местном и региональном масштабах. Данные Сильверман, полученные в ходе раскопок и экспериментов 1986 года, подтверждают предположение о том, что место было церемониальным центром[10]. В ходе своей работы и исследований Сильверман не обнаружила никаких свидетельств присутствия жителей или бытовых и жилых построек, указывающих на то, что это было городское поселение. Она предположила, что это место использовалось как ритуальный центр, где люди периодически проводили религиозные обряды[8].

Изучив остатки керамики, Сильверман также предположила, что керамика приносилась на место и разбивалась там в рамках проводившихся в то время мероприятий[11]. Остатки растительности и фауны также указывают на то, что еда приносилась на место и сразу же там потреблялась. Более поздние исследования указывают на употребление галлюциногенных напитков на этом месте[8].

Раскопки и исследования, проведённые Джузеппе Орефичи, также указывали на то, что это место не было постоянным жилым поселением. На территории находится около 40 археологических курганов и большинство из них не использовались для проживания[12].

XXI век[править]

В 2023 году международная группа (включая исследователей из CNR и Университета Сапиенца) провела георадарное сканирование территории Кауачи. В результате были выявлены три ранее неизвестных церемониальных здания, а также уточнена планировка так называемого «Великого храма». Эти открытия подтвердили, что Кауачи был не только паломническим центром, но и местом проживания элиты, связанной с отправлением ритуалов[13].

В 2024 году группа учёных под руководством Марко Делле Розе (Университет Саленто) опубликовала результаты оптически стимулированного люминесцентного датирования (OSL) аллювиальных отложений Кауачи[14]. Полученные даты оказались значительно древнее голоценового периода, что полностью опровергает гипотезу о гибели центра в результате катастрофических наводнений. Причины упадка Кауачи остаются предметом дискуссий. Современные исследователи склоняются к версии о постепенном изменении социально-политической структуры общества Наска[14]

Изучение керамики[править]

В Кауачи большое внимание уделялось керамике в стиле Наски. Впервые выделенный в отдельный стиль Адольфом Бастианом, он представляет собой полихромную керамику, которая, как правило, имеет происхождение с «южного побережья» и названа в честь долины Наска, где она была распространена в основном. В декоративном стиле керамики наска можно выделить два основных направления: «монументальное» и «многочисленное» (термины введены Роу)[15]. «Монументальные» — это типы керамики Наски с так называемыми реалистичными узорами, а «многочисленные» — с более «традиционными мотивами» в виде завитков, лучей и заострений[15].

Гейтон и Крёбер выделили три классифицируемых характеристики — форму, цвет и орнамент — и на основе взаимосвязей между этими атрибутами выделили четыре хронологических этапа, или «подстиля», керамики Наски[16].

Классификация керамики Наска
Гейтон и Крёбер[16] Доусон[17] Роу[18]
(A) ранняя 1—4 «Монументальная»
(X) переходная 5 «Многочисленная»
(Y) смешанная,
или не поддающаяся
классифиикации
6, 7
(B) поздняя 8, 9

Позже появилась классификация Доусона, согласно которой стиль Наска был разделён на девять фаз. Затем они были объединены в определённые периоды и эпохи. К монументальному периоду относятся Наска 1-4 и Наска А по классификации Гейтона и Крёбера, а к процветающему — Наска 5, а также керамика Наска 6 и 7, соответствующая Наска Y по классификации Гейтона и Крёбера.

Судя по частому встречающемуся в Кауачи керамическому изделию Наска 3 и его связи с архитектурой, можно сделать вывод, что Кауачи относится к раннему промежуточному периоду культуры Ика (периоды керамики южного побережья). Наска 1 и 2 представлены в меньшей степени, но также присутствуют в значительном количестве[17].

Одной из целей исследований Стронга в Кауачи было «выяснить временные отношения между керамикой стилей Паракас и Наска», стратиграфическая принадлежность которой на тот момент ещё не была доказана[7]. Стронг пришёл к выводу, что церемониальные сооружения в Кауачи относятся к «средней фазе культуры Наска» (Наска 3), а не к поздней. Поздние артефакты культуры Наска были найдены только в захоронениях. Согласно Сильверману, более поздние исследователи в основном согласны со Стронгом[19].

Иконография[править]

На объекте было найдено большое количество керамики в стиле Наска, в частности — богато украшенной тонкостенной посуды[20]. Некоторые рисунки и декор на керамике относятся к иконографии Наска. Темы иконографии Наска варьируются от трофейных голов или воинов, отрезавших головы, и мифических антропоморфных фигур[21], до повседневных сюжетов, на которых могут быть изображены вождь или жрец, человек, жующий коку, фермер, рыбак, «имитатор богов» (исполнитель ритуалов в маске), музыкант или пастух лам. Эти роли на керамике Наска обычно отдаются мужчинам. Женщин чаще изображают несущими дрова или полулежащими в «сладострастной сидячей позе», сидящими на корточках во время родов, а также жующими листья коки[22]. Керамика Наска достигла «эстетического и технологического пика в EIP 3, что соответствует расцвету Кауачи»[21].

Новые геоглифы, обнаруженные с помощью ИИ (2025). В 2025 году международная группа учёных, используя алгоритмы искусственного интеллекта для анализа аэрофотоснимков сверхвысокого разрешения, открыла более 300 ранее неизвестных геоглифов на плато Наска[23]. Многие из этих изображений (в том числе сцены человеческих жертвоприношений и фигуры животных) были найдены вдоль древних троп, ведущих к Кауачи, что подтверждает гипотезу об использовании этих путей во время церемониальных шествий[4].

Архитектура[править]

Архитектура Кауачи и его планировка характерны для церемониального центра, а не для города. В Кауачи имеются курганы и постройки с комнатами, сооружение, называемое «Великим храмом», стены, образующие коридоры и проходы, а также основные стены, круглые углубления, цилиндрические шахты на вершинах курганов и канчи. Канчи — это ограждённые открытые пространства под курганами и между ними, которые можно определить как огороженное поле или дворик, не обязательно подразумевающее какую-либо конкретную функцию. Информация в основном основана на раскопках Стронга и обследовании и повторном исследовании этого места, проведённого Сильверман[24].

В Кауачи насчитывается около 40 курганов. На вершинах некоторых курганов были постройки, на других — нет. Некоторые считаются «храмами», а другие использовались для захоронений. Подавляющее большинство курганов в Кауачи, по всей вероятности, никогда не были настоящими «жилыми курганами».

Стронг первоначально классифицировал эти курганы как «жилые»[7], но Хелейн Сильверман придерживалась мнения о церемониальном центре. В качестве примеров Сильверман привела Сооружения № 5, 6 и 7.

Центра Сооружения № 5 представляет собой естественный холм, искусственно приподнятый за счёт строительства и насыпей. Насыпь состояла из переплетённых растительных волокон, земли, камней и мусора. Этот курган имеет гораздо больше засыпки, чем другие курганы, поскольку он был искусственно возведён путём укладки чередующихся слоёв этой растительной засыпки. В Сооружении № 5 также было несколько круглых углублений, или «ямок-хранилищ», согласно Стронгу, в нескольких из них содержалось небольшое количество кукурузных початков и бобов. Стены были построены из самана на песчаном фундаменте, подобная строительная техника встречается повсеместно в Кауачи[7].

За стеной и перед холмом был уложен дополнительный наполнитель. Он состоял из растительных волокон, комков сырцового кирпича, песка и нескольких черепков, что подтверждает тот факт, что строительство кургана не могло предшествовать периоду Наска 3. Примечательно наличие подношений, таких как кукуруза и большая окисленная олла из простой керамики[11].

В Сооружении № 6 Стронг первоначально классифицировал сооружение как храм культуры Наска, построенный над поздним жилым домом культуры Паракас, но связь круглых карстовых шахт, вырытых там же, с керамикой культуры Наска и Паракас-10 указывает на то, что эти жилища не обязательно относятся к позднему периоду культуры Паракас. Здесь, как и в Сооружении № 5, присутствуют глинобитные стены, которые использовались для укрепления насыпи. Под насыпью была обнаружена глинобитная стена, что указывает на то, что ранее на этом месте располагалось жилое строение. Однако на третьем этапе заселения насыпь была возведена не для проживания, о чём свидетельствует отсутствие строительного мусора[7].

Сооружении № 7 также первоначально классифицировалось Стронгом как жилое пространство[7]. Однако Сильверман указал, что здесь было обнаружено большое количество декорированной керамики и артефактов, таких как обсидиановый нож, вышитые каймы с бахромой, гребень из кактусовых колючек и тростника, а также декоративная тыква с гравировкой. Возможно, это было жилое помещение жрецов.

Планировка[править]

В Кауачи много открытого, или, скорее, пустого пространства. Вместо того чтобы занимать пространство, холмы в Кауачи скорее напоминают острова[25]. Из-за стремления вести строительство с учётом особенностей природного ландшафта и в соответствии с ними, было сделано предположение, что это может отражать социальную пространственную организацию территории, которая не имеет ограничений. К ней легко подобраться практически с любого направления, здесь отсутствуют стены, рвы, и что-либо, преграждающее вход на территорию[7].

В Кауачи также было распространено террасирование холмов, поскольку этот метод был «энергозатратным и не требовал больших материальных вложений», но при этом позволял создавать монументальные сооружения, такие как большие церемониальные курганы или храмы. Один из самых известных курганов в Кауачи Стронг назвал «Великим храмом»[7]. Неизвестно было ли это сооружение единственным «Великим храмом» в Кауачи, оно несомненно имело церемониальное назначение, о чём свидетельствуют находки керамики Наска 3, фрагментов флейт, останков лам, птичьего оперения и других подношения.

Не на всех курганах есть помещения. Стены тех, что сохранились, сложены из необожжённого кирпича. На этом месте есть несколько видов необожжённой глины, которые иногда смешивают при строительстве стен и помещений. Необожжённая глина бывает бежевой, жёлтой или серой. Все помещения также покрыты слоем глины, лишь немногие стены были покрашены. Стены обычно были невысокими (не более метра) и толстыми. В Кауачи часто использовали столбы из хуаранго при строительстве комнат и стен[26].

Основные стены Кауачи были тщательно возведены и хорошо укреплены. Слои необожжённого кирпича, из которых они сложены, уложены ровно и аккуратно, а поверх них нанесены два слоя глиняной штукатурки и побелка[26].

«Зал столбов»[править]

Считается, что «Зал столбов» связан с культом предков из-за использования столбов из дерева хуаранго. В этом регионе хуаранго иногда символизирует родословную, подобно библейскому древу жизни. Эти «столбы предков» также связаны с тем, что сооружения использовались в качестве захоронений, а на одном из столбов хуаранго вырезано человеческое лицо и флейта[27]. Примечательно, что радиоуглеродный анализ некоторых столбов показал, что они были установлены раньше, чем, по данным Стронга, были возведены сооружения Наска 5 в этом районе[7]. Это можно объяснить тем, что столбы были установлены не одновременно, а в связи с важными символическими событиями в жизни людей, или тем, что они имели особое значение и были использованы повторно из более ранних построек[27]. В одной из стен помещения есть ниша с двумя небольшими углублениями, в которых находятся раковины моллюсков[28].

Было также найдено множество простых и украшенных сосудов, в том числе вазы, чаши, бутылки с ручками, тайники, музыкальные инструменты и корзины. Стронг датировал многие из этих предметов эпохой Наски, 5-м тыс. до н. э.[7]. В «Зале столбов» также были найдены «четыре связки тростниковых стеблей, подходящих по размеру к ткацким станкам»[29]. Такая универсальность, возможно, объясняется тем, что люди брали с собой все необходимое для пребывания в Кауачи. Хелейн Сильверман изучала фаянсовую и простую керамику в Кауачи, в том числе типы сосудов, их роспись и цвет, а также относительную датировку и хронологию[30]. Гейтон и Крёбер выделили 25 видов форм керамики[16]. В Кауачи наиболее распространёнными формами сосудов были «бутыли с двойным носиком и перемычкой»[31]. В Кауачи преобладает керамика фазы Наска этого класса, относящаяся к фазе 3 или не поддающаяся определению.

Ещё один примечательный класс сосудов — это чаши из чёрной керамики культуры Наска 1, ранние чаши культуры Наска, блюда, плетёные сосуды, сосуды с лепниной и ольяс (тип керамической посуды, которая не имеет шейки (отверстия для доступа к содержимому)). Согласно выводам Стронга, Кауачи процветал в период культуры Наска 3[7]. Существовала ещё одна крупная культура, предшествовавшая культуре Наска, которая соответствовала ранним периодам культур Наска 1 и 2, но не была основной культурой Кауачи[32].

Погребения[править]

Погребения в Кауачи различаются по содержанию и уровню роскоши. Раскопки погребений проводили в разные сезоны Стронг, Крёбер, Доринг, Фараби, Орефичи и Сильверман. Типы могил включают как человеческие останки, захороненные в неглубоких ямах, так и останки, находящиеся в более сложных подземных гробницах[11].

Почти все гробницы в Кауачи имеют деревянные крыши из тростника, покрытые брёвнами хуаранго. В гробницах также были найдены надгробные знаки в виде вертикальных тростников, торчащих из земли. Другие типы могил включают цилиндрические шахты или большие сосуды-урны. Наиболее распространёнными погребальными дарами являются керамические изделия[11].

Все могилы в Кауачи различаются по количеству погребального наполнения — от минимального до полного отсутствия — и по типам находок. Примечательной особенностью могил в Кауачи является то, что ни одна из них не отличается богатым убранством по сравнению с могилами других культур того же периода.

Ни в одной из могил, где была найдена керамика, её не было в избытке[11]. Присутствовали лишь остатки пищи и ракушки спондилюса, небольшие фрагменты красного пигмента рядом с некоторыми скелетными останками. Сами тела почти все находились в согнутом положении, обычно на боку или сидя, с телами или только головами, обращёнными на юг. Почти все были обёрнуты или уложены на тщательно сотканные и вышитые ткани.

В некоторых погребениях имелись деформированные формы головы. Причины смерти включали жертвоприношение, гибель в боевых действиях и естественную смерть. Самые тщательно продуманные погребения были у детей. Захоронения взрослых мужчин и женщин различались по степени сложности. Некоторые из останков взрослых, предположительно мужчин, находились в плохом состоянии: у них задолго до смерти выпали почти все зубы, а кости сильно истончились. В других могилах все было с точностью до наоборот: молодые женщины, у которых ещё не прорезались зубы мудрости, у них присутствовали все зубы и, судя по костям, на момент смерти они находились в хорошем состоянии здоровья[33].

Трофейные головы[править]

На кладбищах Кауачи было найдено множество трофейных голов. Археологи Крёбер, Стронг и Доринг обнаружили головы — или, наоборот, тела без голов, — что указывает на практику захвата трофейных голов[7]. Добывание трофейных голов у Наска происходило во время войн, ритуальных сражений и жертвоприношений. Трофейные головы Наска находят на кладбищах, обычно в могилах других погребений.

Было высказано предположение, что ритуальное обоснование изъятия голов заключалось в «церемониальном способе сбора жизненной — или душевной — силы врагов» и осуществлялось во время войн, главной целью которых была территориальная экспансия.

Раскопки Крёбера включают захоронение, в котором отсутствовала голова, а также «гнездо из трёх трофейных голов» в отдельной могиле и шесть других трофейных голов, выложенных вдоль гробницы[34]. Стронг обнаружил голову и сосуд, связанные друг с другом[7]. Известно, что трофейные головы в культуре Наска помещались в большие сосуды на кладбищах[35].

Доринг обнаружил в передней части гробницы ряд из девяти трофейных голов с заплетёнными волосами, причём две из них лежали на подушке из листьев коки[36]. Команда Сильвермана обнаружила голову молодого мужчины, которая является стандартным примером трофейной головы Наска. Голова имеет лобно-затылочную деформацию черепа. На ней сохранились глаза, брови, борода и усы. Тёмные прямые волосы искусно заплетены. Кожа сохранилась, но стала хрупкой. На коже головы видны ряды намеренных надрезов, сделанных острым инструментом. Язык был удалён. Губы были запечатаны двумя щепками дерева хуаранго. Через отверстие в лобной кости проходит шнур для переноски. Щёки были набиты хлопчатобумажной тканью.

Примечания[править]

  1. The Ancient Nasca World. — Springer. — ISBN 978-3-319-47050-4.
  2. Falleció Giuseppe Orefici, arqueólogo que trabajó por 42 años en el centro ceremonial de Cahuachi en Nascaкас.. RPP Noticias (2025-06-28). Проверено 13 мая 2026.
  3. Delle Rose, M. et al. (2024). «Optically Stimulated Luminescence (OSL) Dating of Alluvial Deposits from the Cahuachi Archaeological Site (South Peru)». Geosciences 14 (12). DOI:10.3390/geosciences14120323.
  4. 4,0 4,1 ИИ помог найти сотни новых рисунков на плато Наскарус.. Красная весна (2025-09-30). Проверено 13 мая 2026.
  5. Silverman Helaine Cahuachi in the Ancient Nasca World. — University of Iowa Press. — ISBN 978-1-58729-471-6.
  6. The Cahuachi in Ancient Peru. nephicode.blogspot.com. Проверено 5 мая 2026.
  7. 7,00 7,01 7,02 7,03 7,04 7,05 7,06 7,07 7,08 7,09 7,10 7,11 7,12 7,13 William Duncan Strong Paracas, Nazca, and Tiahuanacoid cultural relationships in south coastal Peru // Memoirs of the Society for American Archaeology. — 1957. — В. 13.
  8. 8,0 8,1 8,2 Valdez, 1994.
  9. Silverman, 1993.
  10. Silverman, 1986.
  11. 11,0 11,1 11,2 11,3 11,4 Kroeber Alfred, Collier Donald The Archaeology and Pottery of Nazca, Peru: Alfred Kroeber's 1926 Expedition. — Bloomsbury Academic. — ISBN 978-0-7619-8964-6.
  12. (2013) «Prospection and monitoring of the archaeological heritage of Nasca, Peru, with ENVISAT ASAR». Archaeological Prospection 20 (2): 133–147. DOI:10.1002/arp.1449. Bibcode2013ArchP..20..133T.
  13. Masini, N. et al. (2023). «Ground penetrating radar investigations in the ceremonial center of Cahuachi (Nazca, Peru): new insights into the prehistoric urban planning». Journal of Archaeological Science 157. DOI:10.1016/j.jas.2023.105827.
  14. 14,0 14,1 Delle Rose, M., Orefici, G., Panzeri, L., Galli, A., Taussi, M., Quarta, G., Calcagnile, L., Renzulli, A. Optically Stimulated Luminescence (OSL) Dating of Alluvial Deposits from the Cahuachi Archaeological Site (South Peru)англ. // Geosciences. — MDPI, 2024. — В. 12. — том 14. — С. 323. — DOI:10.3390/geosciences14120323
  15. 15,0 15,1 Rowe, 1959.
  16. 16,0 16,1 16,2 Kroeber Alfred Louis, Gayton Anna Hadwick The Uhle Pottery Collections from Chancay. — University of California Press.
  17. 17,0 17,1 Kevin J. Vaughn, Jelmer W. Eerkens, Carl Lipo, Sachiko Sakai, Katharina Schreiber It's about Time? Testing the Dawson Ceramic Seriation Using Luminescence Dating, Southern Nasca Region, Peru // Latin American Antiquity. — 2014-12. — В. 4. — том 25. — С. 449–461. — ISSN 1045-6635. — DOI:10.7183/1045-6635.25.4.449
  18. Rowe, John H. (9–14 November 1959). "" in Semana de Arqueología Peruana [Seminar on Peruvian Archeology].: 29–45, Librería-Editorial J. Mejía Baca. OCLC 4791728. 
  19. Шаблон:Harvp
  20. Boletin de Lima Iconografía Andina. Interpretación del simbolismo en antiguos tejidos peruanos. — Uwe Carlson, 2010.
  21. 21,0 21,1 Silverman, 2002, p. 154.
  22. Silverman, 2002, p. 149.
  23. Sakai, M. et al. (2025). «AI‑driven discovery of hundreds of new geoglyphs in the Nazca Pampa». PNAS 122 (40): e2418625122. DOI:10.1073/pnas.2418625122.
  24. Silverman, 1986, p. 186.
  25. Silverman, 1993, p. 90.
  26. 26,0 26,1 Silverman, 1986, p. 196.
  27. 27,0 27,1 Silverman, 1993, p. 193.
  28. Silverman, 1993, p. 179.
  29. Silverman, 1993, p. 186.
  30. Silverman, 1993, p. 227.
  31. Silverman, 1993, p. 230.
  32. Silverman, 1993, p. 257.
  33. Шаблон:Harvp
  34. Williams Sloan R., Forgey Kathleen An osteological study of Nasca trophy heads collected by A.L. Kroeber during the Marshall Field Expeditions to Peru. — Chicago, Ill. : Field Museum of Natural History.
  35. Donald A. Proulx Nasca Headhunting and the Ritual Use of Trophy Heads.
  36. Ubbelohde Doering H (1925/26) Alt Peruanische Gefäßmalereien. Marburger Jahrbuch für Kunstwissenschaft, Vol. 2. Marburg: Verlag des Kunstgeschichtlichen Seminars der Universität Marburg an der Lahn

Литература[править]

Березкин Ю.Е. Инки. Исторический опыт империи. — Ленинград: Наука, 1991. — 232 с.

  • (2006) «El Gran Templo del centro ceremonial de Cahuachi (Nazca, Perú)». Dimensión Antropológica 38: 49−86.
  • Lasaponara Rosa, Masini N. The Ancient Nasca World: New insights from science and archaeology. — Springer International Publishing, 2016. — ISBN 978-3-319-47052-8.
  • Orefici G. Nasca: Hipótesis y evidencias de su desarrollo cultural. — Centro Italiano Studi e Ricerche Archelologiche Precolombiane, 2003.
  • Orefici G. Cahuachi: Capital teocratica Nasca. — Pressa de Universidad de San Martin de Porres, 2012.
  • Proulx Donald A. Nasca Ceramic Iconography: An overview. — University of Massachusetts Press, 2007.
  • Rowe, John H. (9–14 November 1959). "Nuevos datos relativos a la cronología del estilo Nasca" in Semana de Arqueología Peruana [Seminar on Peruvian Archeology].: 29–45, Librería-Editorial J. Mejía Baca. OCLC 4791728. 
  • Silverman, Helaine (1986), «Cahuachi: An Andean ceremonial center», Austin, TX: University of Texas] 
  • Silverman, Helaine (1988). «Cahuachi: Non-urban cultural complexity on the south coast of Peru». Journal of Field Archaeology 15 (4): 403–430. DOI:10.2307/530044.
  • Silverman Helaine Cahuachi in the Ancient Nasca World. — University of Iowa Press, 1993. — ISBN 978-1-58729-471-6.
  • Silverman, Helaine (1994). «The archaeological identification of an ancient Peruvian pilgrimage center». World Archaeology 26 (1): 1–18. DOI:10.1080/00438243.1994.9980257.
  • Silverman Helaine Ancient Nasca Settlement and Society. — University of Iowa Press, 2002.
  • Strong, William Duncan (1957). «Paracas, Nazca, and Tiahuanacoid cultural relationships in south coastal Peru». Memoirs of the Society for American Archaeology 13.
  • Valdez, Lidio M. (January 1994). «Cahuachi: New evidence for an early Nasca ceremonial role». Current Anthropology 35 (5): 675–679. DOI:10.1086/204330.
 
Амасонас
Анкаш
Апуримак
Арекипа

Торо-Муэрто

Аякучо
Ика
Кахамарка
Куско
Ла-Либертад
Ламбайеке
Лима
Пуно
Сан-Мартин
Такна
Уанкавелика

Учкус-Инканьян

Уануко
См. также
Доколумбовы цивилизации
Доколумбова хронология Перу
Рувики

Одним из источников, использованных при создании данной статьи, является статья из википроекта «Рувики» («ruwiki.ru») под названием «Археологические исследования Кауачи», расположенная по адресу:

Материал указанной статьи полностью или частично использован в Циклопедии по лицензии CC-BY-SA 4.0 и более поздних версий.

Всем участникам Рувики предлагается прочитать материал «Почему Циклопедия?».